28 лет спустя: Храм из костей

В мире, где границы между спасением и предательством стерты, доктор Келсон оказывается перед выбором, способным навсегда изменить ход истории. Его решение вступить в опасный союз продиктовано не отчаянием, а холодным расчетом, верой в то, что ради будущего человечества допустимы любые средства. Этот шаг – игра с огнем, где партнерами становятся те, чьи методы и цели отравлены тенью былых преступлений и неутолимой жаждой власти. Келсону предстоит балансировать на лезвии ножа, пытаясь направить разрушительную силу этого альянса в созидательное русло, осознавая, что каждая уступка, каждый компромисс отдаляет его от собственных принципов и приближает к точке невозврата. В этой сложной шахматной партии ставка – не просто выживание отдельных людей, а сама судьба цивилизации, возможность возрождения или окончательного падения в пучину хаоса, где наука становится орудием в руках тех, кто видит в апокалипсисе не трагедию, а возможность для нового, еще более жестокого порядка. Параллельно эта хрупкая надежда на спасение меркнет на фоне личной трагедии Спайка, который оказывается в искусно сплетенной паутине Джимми Кристала. То, что начинается как рискованная попытка противостоять системе, оборачивается кошмаром, из которого, кажется, нет выхода. Ловушка захлопывается не только вокруг его свободы, но и вокруг самой его души, превращая каждое действие в шаг к дальнейшей пропасти. Однако по мере развития событий становится ясно, что истинный ужас этого мира кроется не в зараженных, чья угроза хотя бы предсказуема в своей животной ярости. Настоящие монстры, чья жестокость не знает границ, давно ходят среди выживших, прикрываясь масками спасителей, лидеров или простых соседей. Их оружие – не клыки и когти, а коварство, предательство и абсолютное безразличие к чужой боли, которые разъедают остатки человечности быстрее любого вируса. В этой реальности борьба за существование превращается в постоянную войну на два фронта: против внешней угрозы и против того мрака, что таится внутри самих людей, доказывая, что самый страшный апокалипсис – это не конец света, а то, во что люди превращаются, пытаясь его пережить.